www.piragis.ru — Камчатка, Петропавловск-Камчатский
  • Камчатский сайт

Поход по Налачевской (Налычевской) долине

Маршрут путешествия по Камчатке: город Петропавловск-Камчатский — село Пиначево — Налачевские (Налычевские) горячие источники — устье реки Налачевой (Налычевой)

В августе 1963 года я со школьными товарищами отправился в путешествие на Налачевские (Налычевские) горячие источники.

Поход был организован Камчатской областной детской станцией по туризму и экскурсиям под руководством Василия Дмитриевича Фурсова, бывшего в то время ее директором. В туристическую группу вошли школьники 8–10-х классов петропавловской средней школы № 7. Всего 10 человек. Среди них были и мои товарищи: Геннадий Кувакин, Анатолий Ечевский, Александр Потапов и Татьяна Шолохова, а также ученики школы Наталья Аксельбант, Ольга Дубинина и Погорелов.

Маршрут до Налачевских (Налычевских) горячих источников начинался от села Пиначево.

В те годы до него добираться было не так просто. Из города Петропавловска-Камчатского нас на попутной грузовой машине довезли до 30-го километра елизовской трассы. На развилке от главной дороги в сторону поселка 5-я стройка мы уже на другой попутной машине поехали в село Пиначево. Дорога проходила по поселку 5-я стройка и далее через реки Первая и Вторая Мутные, реку Кирилкину и ручей Железный, параллельно реке Пиначевской.

 

Первый день путешествия в Налычево (Налачево)

От села Пиначево вышли уже после обеда. День был солнечный и жаркий.

Проселочная дорога шла до лесосеки. По обочинам краснела княженика. Мы то и дело наклонялись за ней, поэтому Василий Дмитриевич Фурсов не выдержал и объявил 30-минутный привал. За это время успели полакомиться вкусной ягодой.

Вскоре небольшую долину реки Пиначевской стали зажимать с обеих сторон сопки. Проселочная дорога закончилась, и мы гуськом шагали по тропе среди каменноберезового леса. В воздухе носился терпкий запах лесных трав. Вокруг было много разных цветов. Красив камчатский августовский лес!

На большой поляне, окруженной разлапистыми старыми березами, остановились на ночлег. Поставили четыре палатки. После ужина развели большой костер и собрались все вместе. Вечер на редкость был теплым. Даже когда прогорел костер, долго не укладывались спать. Небо было ясным, и прекрасно были видны звезды и падающие метеориты. Август — их сезон.

 

Второй день путешествия в Налычево (Налачево)

Тропа шла по правому берегу реки Пиначевской. После полудня стал ощущаться подъем. Чем выше мы поднимались, тем реже становился березовый лес. Тропинка подошла ближе к реке, которая превратилась в небольшую, но всё еще глубокую речушку.

Через некоторое время исчезли деревья, и вокруг нас был ольховый и кедровый стланик. Мы были уже высоко, и ничто не скрывало вид на долину реки Пиначевской и сопки.

Удивительное место! За дневной переход мы из одного растительного мира попали в другой. От берез — к кедровому и ольховому стланику, от кустарника — к высокогорным травам и мхам. Под ногами уже не было той почвы и дерна, что были в низине, а были мелкие камни.

Палатки поставили у последних зарослей кедровых и ольховых стлаников. Выше были только трава, мхи и камни. Наша стоянка оказалась по середине большого распадка, выглядевшего громадным амфитеатром.

Еще до темноты сделали вылазку выше лагеря. Кругом были камни и причудливые обломки скал. Неожиданно стали свистеть камчатские суслики — евражки. Была удивительная тишь. Ни ветерка. С высоты прекрасно просматривались раскинувшиеся перед взором хребты, лента реки Пиначевской. Выше нас был Пиначевский перевал, который будем завтра штурмовать.

Вечером долго сидели у костра и вели какие-то разговоры и опять смотрели на звезды и падающие метеориты, как вчера.

 

Третий день путешествия в Налычево (Налачево)

День пасмурный. Перевал затянуло облаками. Не зря вечером было безветрие.

Когда вошли в облако, то поднялся ветер, пошел дождь со снегом.

Подъем был крутоват. Под ногами шуршал вулканический шлак. Кругом были обломки застывшей лавы. На перевале лежали снежники.

Нам сильно не повезло с погодой. Туман скрывал отроги сопки Ааг. С перевала не пришлось полюбоваться Налачевской долиной и вулканами, окружающими ее.

Пока пересекали перевал, успели порядком промокнуть и замерзнуть. Однако стоило перевалить и выйти из облака, как прекратился дождь и стих ветер. Стало как бы уютнее и теплее, хотя низкая облачность висела над долиной.

Тропа спускалась по берегу одной из речушек, притока реки Правая Налачева. Вокруг были сопочки, которые огибала речушка.

Как-то незаметно закончился спуск, и мы вышли на ровное, но кое-где болотистое место с небольшими озерками. Затем пересекли несколько ручьев и пришли к базе геологов. Недалеко от них находились Налачевские горячие источники.

 

Четвертый день путешествия в Налычево (Налачево)

Верховья реки Налачевой и окружающие ее хребты богаты многочисленными рудными проявлениями. Поэтому геологи уже с десяток лет, как обжили район горячих источников, уходя от них в разведку на десятки километров в сопки. У них здесь была база. Маленький рубленый домик, склады и утепленные палатки.

В первый же день на источниках у нас возникла проблема с продуктами. Мы вышли из Пиначево налегке, с минимальным количеством продуктов, надеялись у геологов взять их. Однако геологопоисковая партия всем составом ушла в далекий район, оставив на базе только сторожа. Он без разрешения начальника партии продуктов не дал. Нам же предстояло еще от Налачевских горячих источников пройти в низовье реки Налачевой. Было решено в питании больше использовать подножный корм: ягоду и грибы.

Утром ходили на Налачевские горячие источники. До них от базы было около километра. Посидели и погрелись в одной из двух теплых луж. Смыли походную грязь.

После купания Василий Дмитриевич Фурсов, Анатолий Ечевский и Погорелов ушли в Пиначево за продуктами.

 

Пятый день путешествия в Налычево (Налачево)

Сегодня более детально с друзьями осматривал подходы к Налачевским горячим источникам и сами источники.

От строений геологов к источникам через березовую рощу вела набитая проселочная дорога. Метров за двести до естественного выхода источников, слева от дороги, среди высохших берез была заброшенная буровая скважина. Геологи пробурили ее в 1959–1960 годах. Из скважины выливалась горячая вода. Вокруг нее была заболоченная территория. От горячей минеральной воды березовая рощица погибла. Стояли только голые стволы. Страшная и удручающая картина.

От погибшей рощицы шло большое открытое пространство, на котором и были естественные Налачевские источники. Они пробивались узкой полоской, образуя две небольшие ванны, похожие на лужи. Рядом была какая-то сероватая почва и серая грязь. Вода в ваннах была теплой. Больше ничем источники не выделялись. Видимо, они захирели после необдуманного бурения скважин геологами.

На ужин девчонки приготовили вареники и компот из жимолости.

 

Шестой день путешествия в Налычево (Налачево)

До обеда ходил на охоту на озерки среди болот. Думал подстрелить утку или кулика. Дважды попадались небольшие стайки куликов. Стрелял, но оба раза промазал. Из малокалиберной винтовки трудно попасть в кулика. Уток не было.

После обеда обходил окружающую базу местность. На маленьких кустиках было еще много крупной жимолости. С удовольствием съел несколько горстей. На большом поле, видимо бывшем полевом аэродроме, валялось много разного металла и железных бочек. Геологи и здесь оставили о себе плохое впечатление.

Случайно набрел на небольшое лесное озеро. На берегу обнаружил спущенную надувную лодку и надувной спасательный жилет. Разделся до трусов, надул жилет и пустился в плавание. Однако вскоре затычка на жилете выскочила. Медленно я стал погружаться в воду. Успел еще сделать несколько гребков к берегу и скрылся под водой. Плавать-то я не умел. Мог немножко держаться на воде.

Вспомнил вдруг заметку из журнала "Наука и жизнь", как спасался от смерти в воде японский заключенный, связанный и брошенный в бассейн. Он затаивал дыхание и всплывал. Набирал в легкие воздуха и опять затаивался до следующего всплытия. Как маятник. Я не запаниковал, а поступил так же. Как только всплывал, старался, как умел, плыть. Когда ногами почувствовал землю, радости не было предела. Не утонул! А ведь мог. Рядом не было ни души. До берега еле добрел и свалился, обессиленный.

На ужин был суп из белых грибов, сильно приправленный черемшой.

Почти в сумерки из Пиначево пришли гонцы за продуктами. Выходило, что они в день проходили около 30 километров! Это целый подвиг! Набор продуктов был слабенький: мука, сахар, чай, кисель, галеты и какие-то консервы и крупы. Таков был выбор в сельском магазине. Несмотря на это, решили все-таки идти к устью реки Налачевой.

 

Седьмой день путешествия в Налычево (Налачево)

От базы геологов по правому берегу реки Правая Налачева к устью Налачевой вела пробитая тракторами проселочная дорога. По ней и отправились. Она петляла по березовому лесу. Лес не позволял ничего видеть вокруг.

 

Восьмой день путешествия в Налычево (Налачево)

Продолжали идти по дороге. После полудня стал меняться ландшафт. Лес поредел. Появились большие поляны. На пути часто попадались ручьи. Одни были с чистой горной водой, а другие мутные. На одном из крупных притоков реки Налачевской, на самом глубоком месте, течение сбило меня с ног и несколько метров протащило по дну.

Когда река Налачева разделилась на три рукава, мы по каким-то соображениям форсировали их и перешли на левый берег. Один из рукавов был глубоким, с быстрым течением. Пришлось сделать шесты. Ими упирались в дно, чтобы не унесло. Переходили единой цепочкой. Каждый еще удерживался веревкой, протянутой от первого до последнего переходившего.

Левый берег был положе. На нем в сторону океана стала тянуться прибрежная тундра с полями голубицы и шикши, редкими деревьями и зарослями кедрового и ольхового стланика и ивняка.

Теперь мы шли по набитой медвежьей тропе. Она была как неглубокий ров.

Василий Дмитриевич шел впереди с двустволкой в надежде подстрелить какую-нибудь дичь. Ему улыбнулась удача. На березе, чуть в стороне от тропы, он увидел глухаря. Дал нам знак, чтобы мы не шумели и присели. Услышав выстрел, мы гадали: убил ли он птицу? К нам Фурсов шел улыбающийся и довольный. В руках у него был глухарь.

Мы тут же свернули в сторону речки и на берегу остановились на ночевку. В ведре стали варить глухаря. Приятный аромат дичи распространился на всю округу. Мясного мы не ели уже несколько дней. В бульон забросили галушки. Как обычно, заправили суп черемшой. Каждому на ужин досталось по две миски супа. Осталось еще и на следующий день.

 

Девятый день путешествия в Налычево (Налачево)

На привалах объедались голубицей и шикшей. По краям тропы иногда были густые заросли тальника. В нем наткнулись на бригаду Елизовского лесхоза, занимавшуюся изготовлением нарт для собачьих упряжек из тальника. У них стояла большая палатка и пара готовых нарт. На фоне зелени они казались совсем белыми.

Ближе к вечеру стал слышен шум океанского прибоя. Он обрадовал. В нескольких сотнях метров от берега увидели пограничный столб. Он говорил нам, что это граница нашего государства.

На песчаный берег Тихого океана вышли неожиданно. Справа было устье реки Налачевой. Река при впадении в океан была очень широкой. На противоположном берегу люди выглядели маленькими человечками. Нас заметили, и в нашу сторону направились два бата.

 

Десятый день путешествия в Налычево (Налачево)

В устье реки стоял рыболовецкий стан. С океана еще хорошо шел кижуч. Рыболовецкая бригада ловила его ставными неводами. Рыбу доставляли на берег на батах. В бат вмещалось ее до тонны. За сутки улов доходил до 10 тонн. Как только подходил бат с рыбой, ее тут же на носилках перетаскивали на разделку. Разделочные столы, как и засольные чаны, были под навесом. Сваи разделочного цеха стояли прямо на берегу.

Разделка рыбы и ее засолка были непрерывным процессом, пока имелась рыба. Несколько человек были на разделке. Рыбьи внутренности по наклонным направляющим скидывались вниз и попадали сразу на берег. Их потом растаскивали чайки и мелкие звери, смывало волной. Под цехом разгуливали чайки, разъевшиеся так, что не могли взлететь.

Ястыки икры складывались в большие столовские кастрюли. При наполнении кастрюль их уносили в икорный цех. Разделанную рыбу другие работники тут же укладывали на носилки, уносили к засольным чанам и вываливали на засольный стол. Здесь уже трудились засольщики. Они забивали солью жабры и разделанный живот рыбы. Если чан был еще пустой, то рыбу подавали укладчику, который укладывал рыбу в чане.

Нам показали и объяснили весь процесс, чтобы мы хотя бы два дня поработали на разделке и засолке рыбы. За это время раздельщики и засольщики бригады бы отдохнули. Мы согласились. Ведь нам нужно было отрабатывать завтраки, обеды и ужины, которыми бригада нас кормила.

На разделку рыбы стали Ольга Дубинина, Наталья Аксельбант, Татьяна Шолохова и Анатолий Ечевский. На подноске рыбы и соли к чанам — Геннадий Кувакин и Погорелов. На засолке — Александр Потапов и я.

К вечеру стали прибывать ловцы с рыбой. Наша вахта началась. Работали до тех пор, пока последняя рыбина не была уложена в чан. Произошло это далеко за полночь. Трудились при электрическом свете. Работала автономная электростанция.

 

Одиннадцатый день путешествия в Налычево (Налачево)

Спали сколько хотели. На обед для нас приготовили особую уху, какой я не ел до этого и после. То была не уха, а что-то насыщенное разнообразными рыбными запахами и особым ароматом. До нее был салат из свежих помидоров и огурцов. Редкое в те годы на Камчатке лакомство. Видимо, работники этого рыболовецкого стана были ценными и удачливыми, если их снабжали такими продуктами.

Когда-то здесь стояло село Налачево. Уже ничего не напоминало о нем. Только видно было несколько как бы полян на месте улиц да какие-то ямы. Наверно, от бывших подвалов и фундаментов домов. Возможно, от бывшего села сохранилось два-три строения, в которых жила рыболовецкая бригада в период промысла.

После обеда мы опять заступили на свою вахту — обработку лосося.

 

Двенадцатый день путешествия в Налычево (Налачево)

За два дня обработали и засолили 16 тонн рыбы. Получилось два 8-тонных чана.

Гуляли по прибойной полосе. Солнышко хотя и светило, но уже грело не так, как в начале похода. Скоро сентябрь.

К вечеру пришла грузовая машина из Петропавловска-Камчатского за готовым соленым кижучем. В кузове расстелили брезент и закидали в него рыбу, как поленья дров. Сверху уселась вся наша туристическая группа. У каждого в рюкзаке была пол-литровая баночка икры, свежая самочка кижуча и соленая рыбина. Заработок!

Ехали в город в сумерках, и нам не удалось увидеть окружающий пейзаж.

Уже ночью заехали в село Халактырка и сгрузили на склад коптильного цеха рыбу. Из нее сделают балык, который мы не увидим на прилавках городских магазинов.

 

А. П. Пирагис, Петропавловск-Камчатский, март 2010 года.

"Путешествия по Камчатке" публикуются впервые.

Путешествия по Камчатке (краткий обзор маршрутов) в 1962–1965 годах.